ЮРИЙ
ПЕТРОВИЧ
ЩЕКОЧИХИН

(09.06.1950 – 03.07.2003)
  
Юрий Петрович Щекочихин
  

ПУБЛИКАЦИИ
В ДРУГИХ ИЗДАНИЯХ


ЩЕКОЧИХИНСКИЕ ЧТЕНИЯ

БИОГРАФИЯ

ПУБЛИКАЦИИ
В «НОВОЙ ГАЗЕТЕ»


ПУБЛИКАЦИИ О
ЮРИИ ЩЕКОЧИХИНЕ


ФОТОГРАФИИ

ВИДЕОАРХИВ

АВТОГРАФ НА НЕБЕ
Простите, Герман Степанович...
       
       
Однажды в Париже мы заблудились с Германом Степановичем Титовым.
       Да, с Германом Титовым — гордостью нашего детства.
       Не думал мальчишкой, не предполагал, что вот так случится и мы окажемся в одной Госдуме.
       Шла в Париже межпарламентская ассамблея, нас послали вместе. В один из дней был перерыв — часа два, не больше — перед тем как ехать на прием к председателю французского парламента.
       — Пойдем погуляем, — предложил я Герману Титову (он удивился еще в самолете, когда я назвал его на вы и по имени-отчеству: «Мы же из одной Думы. Ты — Юрий, я — Герман»).
       Жили мы где-то в центре, у Елисейских Полей, в маленькой уютной гостинице.
       Немного покружив, мы устроились за столиком, заказали себе какого-то вина. Ели, разговаривали — но только не о политике. Нормальный такой разговор, как будто мы в Твери в пельменной.
       И вдруг он сказал:
       — Жалко, нет пионеров. Они бы обшарили это место на смоленских болотах.
       Я, помню, удивленно посмотрел на него: какие пионеры, какое болото?
       — Найти бы пробитое крыло самолета Юры Гагарина, — спокойно объяснил он.
       — Крыло? Самолета? Гагарина? — я чуть не подскочил от прикосновения к чему-то такому...
       — Да. Я же был в правительственной комиссии по его гибели. Я-то знаю... Нечаянно долбанули.
       — И что? И как? Ракетами?
       — Да ладно... Когда-нибудь потом... — сказал Герман Степанович, вспомнив, наверное, что я еще и журналист.
       Дальше было так. Мы заказали себе еще по бокалу вина, еще посидели. Ну а потом пошли.
       Пошли-то пошли, но я вдруг с ужасом понял, что позабыл и название гостиницы, и переулочек, где она находится. Помнил только, что там зеленый дворик. Фонтан. Какой-то памятник...
       А надо вам сказать, что в отличие от Москвы в Париже предпочитают совсем не говорить по-английски (а это единственный, кроме русского, язык, которым я худо-бедно владею).
       Помню охватившее меня отчаяние, когда я мучительно пытался спросить у парижских прохожих о местонахождении нашей гостиницы. Они делали вид, что меня не понимают.
       — Мы что, заблудились? — спокойно поинтересовался Герман Степанович.
       — Да эти французы — идиоты. Не понимают человеческого языка, — ответил я.
       И потом вдруг...
       Идет женщина. На первое мое — по-английски: «Извините, не скажете...» — сделала вид, что не понимает. И тогда я злобно сказал: «Да вы знаете! Это же второй космонавт в мире. Его имя записано в Книгу Гиннесса как самого молодого человека, который был в космосе». И вдруг она остановилась.
       — Герман Титов? — ткнула она в него пальцем.
       Герман Степанович, услышав знакомые слова, улыбнулся, как он уже привык улыбаться при встречах с незнакомцами, для которых он всегда — знакомый.
       Француженка что-то залепетала на неизвестном мне французском, потом на совсем хорошем английском попросила меня перевести, что, когда была школьницей, влюбилась в Германа Степановича, увидев его фотографию во всех газетах. И что какое счастье — вот так встретиться на улице. Ну и так далее...
       Тут же выяснилось, что она знает, где этот фонтан, дворик, памятник. И знает, какая это гостиница. «Нет-нет, не надо... Я сама вас провожу».
       Оказалось, что это все рядом. Просто мы шли в противоположном направлении.
       Нас уже ждали посольские люди и волновались, где же мы. Все-таки опаздывать на прием к главному парламентарию Франции...
       Французская женщина попросила меня перевести Г. С., что была бы счастлива получить его автограф. Стала копаться в сумочке. Нашла свою записную книжку.
       И он привычно расписался...
       Уже после, в Москве, я так и не дорасспросил его о загадке Юрия Гагарина. Или в суете событий не был настойчив в своих вопросах.
       Ну и автографа тоже не взял. Жаль, наверное. Хотя что там... Вон его автограф — на небе.
       
       Юрий ЩЕКОЧИХИН
       
"Новая газета" № 50, 25.09.2000
       

2003 © «НОВАЯ ГАЗЕТА»