ЮРИЙ
ПЕТРОВИЧ
ЩЕКОЧИХИН

(09.06.1950 – 03.07.2003)
  
Юрий Петрович Щекочихин
  

ПУБЛИКАЦИИ
В ДРУГИХ ИЗДАНИЯХ


ЩЕКОЧИХИНСКИЕ ЧТЕНИЯ

БИОГРАФИЯ

ПУБЛИКАЦИИ
В «НОВОЙ ГАЗЕТЕ»


ПУБЛИКАЦИИ О
ЮРИИ ЩЕКОЧИХИНЕ


ФОТОГРАФИИ

ВИДЕОАРХИВ

ЮРИЙ ШАФРАНИК: "ДЕНЬГИ ДО ПОСЛЕДНЕГО ЦЕНТА УШЛИ В ТЮМЕНСКУЮ ОБЛАСТЬ. ГДЕ НАХОДИТСЯ ОСТРОВ МЭН, Я ДАЖЕ НЕ ЗНАЮ. СЧЕТОВ ЗА ГРАНИЦЕЙ НЕ ИМЕЮ"
      
      
Юрия Константиновича Шафраника больно задели "Новая газета" и я лично в статье, где мы попросили его "отдать 27 миллионов долларов", которые он еще в ранге министра должен был перечислить в Тюмень.
       Валютно-экспортный контроль (ВЭК), на документах которого мы основывались, обращался летом этого года в Центробанк, к вице-премьеру Борису Немцову, генеральному прокурору, требуя возврата этих денег. Это — их документы. Но у самого Ю. К. Шафраника есть другие документы — платежные, где доказывается, что каждый цент из этих двадцати семи миллионов ушел по назначению — к нефтяникам.
       Ю. К. Шафраник сообщил мне, что, по результатам его проверки, статья не была заказана, что я действовал не по заданию мафии, которая сейчас пытается взять под контроль московский бензин, и не получал денег за эту публикацию.
       Хорошо, спасибо. Но вопросы к нам у него остались. И у нас к нему.
       Мы встретились на днях с Ю. К. Шафраником.
        
       Предисловие редактора
       Адвокат Михаил Борщевский предоставил "Новой газете" аргументированное опровержение фактов, приведенных в нашей публикации "Г-н Шафраник, верните $ 27 000 000!"
       Пересказывая аргументы Борщевского, я одновременно кратко перескажу и содержание нашей публикации.
       1. 27 000 000 долларов не пропали, а ушли из Министерства топлива и энергетики (министр — Ю. К. Шафраник) и (что важно в наше время) дошли до нефтяников, которым предназначались. Г-н Борщевский предъявил нам (а мы проверили) все платежки.
       2. Жена Ю. Шафраника и его брат не имели никакого отношения к обслуживанию этих денег, как и финансовые структуры, где они работали. (Предъявлены письма, справки, учредительные документы.)
       3. У Шафраника нет и не было зарубежных банковских счетов как на далеком острове Мэн, так и в других уголках планеты.
       Адвокат доказательно опроверг документы государственных организаций, на основании которых готовился наш материал.
       Понятно, что признавать ошибки, тем более серьезно задевающие репутацию известного в стране человека, безумно неприятно. Но сейчас ситуация несколько иная. Судя по всему, — вот новое явление — не только частные, но и государственные организации оказались участниками "информационной войны".
       Вывод: даже официальным документам веры быть не может. Чиновники лоббируют свои интересы с помощью гербовых печатей.
       Дмитрий МУРАТОВ
      
       — Юрий Константинович, я знаю, что вы не согласны с теми фактами, которые изложены мной в "Новой газете".
       — Не согласен — мягко сказано. Там нет ни одного достоверного факта.
       — Почему же через два года ВЭК вдруг начал комплексную проверку по поводу 27 миллионов долларов и направил письма в Генеральную прокуратуру, Дубинину, Немцову, где постоянно упоминается ваша фамилия? Вы думаете, что ВЭК разыгрывает какую-то политическую карту?
       — ВЭК обязан вообще все проверять, и пусть проверяет. Я десятки раз обращался и в Минфин, и в другие финансовые органы по своей инициативе — пусть проверяют, как расходуются государственные средства. Пусть проверяют! Учтите, это проверка не Шафраника, а "Империала" — конкретного банка, который обслуживал конкретные бюджетные деньги. Минфин уполномочил банк "Империал" работать с деньгами Минтопа, и проверки, повторяю, проводились и проводятся не в отношении Шафраника, а в отношении банка — как он занимается бюджетными средствами. А Шафраник здесь при том, что был в это время министром. А вас, господин Щекочихин, просто могли подставить, как любого из нас. Но эта публикация — единственная за многие годы, после которой мне особенно тяжело. Задето главное, что я приобрел за свою жизнь: мое имя.
       — Меня заинтересовало в заключении ВЭКа вот что. Почему с такой скоростью — в течение нескольких часов после решения Минтопа — деньги были переведены на счет банка "Империал"?
       — Я искренне хочу сказать: с банком никаких отношений не имел — ни как министр, ни как человек. Банк — это дело ВЭКа, и они сейчас, кстати, по нашей информации, судятся. И Бога ради, пусть судятся.
       — Но вот справка ВЭКа: "19 сентября 1994 года между Минтопэнерго России в лице министра Шафраника Ю. К. и АО "Русская генеральная нефтяная компания" в лице президента Пешкова И. В. (одновременно занимает должность начальника инвестиционного управления АБ "Империал") заключено соглашение "О сотрудничестве в области реализации инвестиционных программ развития топливно-энергетического комплекса", речь в котором шла о выделении АО "Русская генеральная нефтяная компания" внебюджетных валютных средств Минтопэнерго России.
       — Это означает одно: мы первоначально работали в соответствии с решением Минфина только с банком "Империал".
       — То есть Пешков занимал две должности одновременно?
       — Да, потому что сто процентов денег Минтопа были в "Империале"! Тогда все министерства закрепили за коммерческими банками, и счет Минтопэнерго исторически был в банке "Империал". А выбирали банки не министерства и не министр. Уполномоченные банки назначал Минфин! Ты будешь в этом банке, ты — в этом. Поэтому любовь Минтопэнерго и "Империала" возникла по указанию Минфина. Министерство отвечало за проект, а контролировал банк и расходование бюджетных средств Минфин.
       Поясню еще один момент. Уполномоченный банк от имени ВЭКа должен сам осуществлять контроль за выполнением валютного законодательства в банке. Банк в этой ситуации — агент валютного контроля. То есть контролирующий орган от имени государства.
       — Но у меня остался главный вопрос: если все до копейки пошло в Тюменскую область, почему же ВЭК требует вернуть эти деньги? Что возвращать-то?
       — Я не являюсь специалистом в области финансов, но думаю, что идет борьба между "Империалом" и какими-то силами. Кстати, сейчас "Империал" подал в суд на ВЭК — посмотрим еще, что суд там присудит.
       — Тогда объясните мне, почему по этим фактам возбуждено уголовное дело? Именно по этим фактам, где фигурируют 27 миллионов?
       — Я не изучал уголовное дело, потому что это не мое дело. Но возбудить уголовное дело в нашей стране считается нормальной демократической процедурой. О возбуждении уголовного дела лично я узнал только после вашей публикации. И еще хочу сказать. Я не собирался иметь счета на Западе. Я даже не знаю, где находится остров Мэн, на котором, по вашей версии, я держу деньги... Вас подставили, чтобы запятнать мое имя. Рад, что мы в чем-то при встрече разобрались. Платежные документы, из которых видно, что все 27 миллионов ушли в срок и по назначению, передаю редакции...
      
       
P.S. Мы договорились с Юрием Константиновичем Шафраником об одном: эта публикация в "Новой газете" не может считаться давлением на следствие по уголовному делу, которое сейчас возбуждено Главным управлением по экономическим преступлениям МВД РФ.
     
       Юрий ЩЕКОЧИХИН
       
20.10.97, "Новая газета — Понедельник" N 42
       
       

2003 © «НОВАЯ ГАЗЕТА»