ЮРИЙ
ПЕТРОВИЧ
ЩЕКОЧИХИН

(09.06.1950 – 03.07.2003)
  
Юрий Петрович Щекочихин
  

ПУБЛИКАЦИИ
В ДРУГИХ ИЗДАНИЯХ


ЩЕКОЧИХИНСКИЕ ЧТЕНИЯ

БИОГРАФИЯ

ПУБЛИКАЦИИ
В «НОВОЙ ГАЗЕТЕ»


ПУБЛИКАЦИИ О
ЮРИИ ЩЕКОЧИХИНЕ


ФОТОГРАФИИ

ВИДЕОАРХИВ

"НЕТ У НАС ПЫТОК… ДА И НИКОГДА ИХ НЕ БЫЛО В РОССИИ"
      
       
лоник". На подозреваемого надевают противогаз, периодически ограничивают или отключают подачу воздуха, пока он не начнет задыхаться и соглашаться на признание. В некоторых случаях в противогаз подается слезоточивый газ, пока подозреваемого не затошнит.
       "Ласточка". Руки задержанного в наручниках заведены за спину над уровнем головы, так что спина остается болезненно выгнутой, и его закрепляют в этом положении. Часто арестованного подвешивают к потолку за наручники и в таком состоянии избивают.
       "Распятие Христа". Заключенный привязывается к койке, широко раскинутые руки и ноги закрепляются наручниками к металлическим прутьям койки, таким образом положение заключенного напоминает собой распятие. Затем через проволоку пропускается ток. Заключенный получает электрошок...
       Господи, о чем это я? Да о нас, о нас...
       О России, о демократической России на рубеже ХХ и ХХI веков.
       О нас сегодняшних
       12 ноября прошлого года в Женеве Комитет против пыток ООН рассмотрел второй периодический доклад Российской Федерации о мерах, принятых Россией по исполнению своих обязательств по Конвенции против пыток.
       Доклад, представленный российскими чиновниками, был безоблачен: в России пыток нет и не было.
       Но одновременно Международная Амнистия представила комитету черновой вариант своего собственного доклада.
       На днях я получил из Лондона уже окончательный вариант этого доклада.
       "Международная Амнистия, — цитирую, — получила многочисленные сообщения о пытках и жестоком обращении во всех уголках России, а также в связи с конфликтом в Чечне. Наиболее уязвимы представители национальных меньшинств. Выводы, сделанные Комитетом против пыток, подтверждают предметы озабоченности Международной Амнистии: солдаты в армии подвергаются произволу и жестокому обращению со стороны "дедов" и офицеров из— за непринятия властями необходимых мер по их пресечению; власти не учредили эффективного механизма для проведения оперативного расследования жалоб заключенных; процесс гармонизации внутреннего законодательства с защитой прав человека и гражданина проходит медленно; персонал правоохранительных и правоприменительных органов не имеет соответствующей подготовки; не проводится оперативное и эффективное расследование многочисленных сообщений о нарушениях прав человека, в том числе о пытках, в ходе вооруженного конфликта в Чечне".
       Для того чтобы собрать необходимые материалы о пыточной России, делегаты Международной Амнистии дважды побывали в России. Один из визитов чуть не кончился плачевно для них самих.
       Они расследовали следующий факт, один, естественно, из многих:
       "17 июня 96-го года около 8.30 вечера милиционеры в маскировочных халатах и с автоматами ворвались в квартиру студента Саидгамзата Абумуслимова, которую он снимал со своими родственниками. В это время у него был в гостях Адам Саитхаджиев... Милиционеры стали сразу же избивать их, сначала свалив их на пол, потом, поставив лицом к стенке, одели на них наручники. Они спрашивали, кто они, откуда и почему они не на войне в Чечне. Около 10 часов в квартиру пришел третий человек, Анди Вагапов; он также был избит, и ему также одели наручники. Вскоре после 10 часов, возвратившись с прогулки, в квартиру позвонил Аднан Абумуслимов, двоюродный брат Саидгамзата Абумуслимова. Его также втащили в комнату и, одев ему наручники, избили. По сообщениям, их всех держали все время лицом к стене, в наручниках. Им не разрешили повернуть головы, периодически их били и оскорбляли.
       Уходя, омоновцы, по сообщениям, взяли 230 аудиокассет, около 50 видеокассет, компьютерные дискеты... Они не предъявили никаких квитанций на конфискацию имущества. По сообщениям, они сняли всех чеченцев на кинопленку. По словам очевидца (прохожего), на улице перед домом несколько вооруженных людей сели в темно-синий микроавтобус "Мицубиси" с номерным знаком 483 КХХ..."
       По пути на встречу делегатов Международной Амнистии с пострадавшими они сами были задержаны на улице милицией и взяты в отделение для "установления" личности. Отпущены они были через два часа. Возможно, только статус членов международной организации не позволил милиции на практике показать иностранным гостям, что же такое "слоники" и "ласточки"...
       "Связав ему руки за спиной, они били его кулаками, резиновыми дубинками и деревянным бруском. Чтобы заглушить его крик, они включали громкую музыку..." "Они приковали его наручниками к детской площадке и жестоко избивали..." "Одев на него наручники, милиционеры били его — через два часа он был мертв. По сообщениям, его били в грудь, заведя ему руки за спину..." "Заведя ему руки за спину назад наручниками, одевали противогаз, затем, отключив подачу воздуха, наблюдали, как он бился в конвульсиях и терял сознание..." "Били в область половых органов и подвергали "слонику": его заставили надеть противогаз, затем отключили подачу воздуха..."
       Фамилии, даты, адреса...
       Почти стостраничный текст... От Москвы до самых до окраин... И — почти одинаковая реакция прокуратуры: "За недоказанностью...", "За отсутствием состава преступления..." Да и то когда в редких случаях возбуждалось уголовное дело. Обычно от жертв милицейских пыток отмахиваются, как от надоедливых сутяг, измучивших всех ссорой с соседями по коммунальной квартире...
       "Слоник", "ласточка" — слова, как из детства.
       Да нет, вот она какая, наша взрослая демократическая жизнь...
       Я знаю о многом. Знал практически обо всем. О многом писал сам.
       Читая этот документ, я чувствовал, что начинаю краснеть, так как снова не могу понять, в какой же стране живу.
       "Нет у нас пыток, они запрещены законом, да и никогда их не было у нас в России. Нет пыток", — этими словами замначальника Управления информации МВД РФ полковника милиции Леонида Головнева открывается доклад Международной Амнистии, представленный в ооновский комитет.
       
       
P.S. Готов предоставить копию этого доклада любым правоохранительным органам, включая отделения милиции и ОМОН.
       Может быть, у них появится шанс не войти в историю.
     
       Юрий ЩЕКОЧИХИН
       
18.08.97, "Новая газета — Понедельник" N 33
       
       

2003 © «НОВАЯ ГАЗЕТА»